В Дагестане шестиклассницу выгнали из школы за ношение хиджаба

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Житель поселка Шамхал-станция Кировского района Махачкалы Ризван Абусуфьянов сообщил корреспонденту "Кавказского узла", что его дочь Патимат, которая учится в шестом классе, сегодня выгнали из школы за то, что она носит исламский платок. Абусуфьянов заявил, что за инцидентом стоит директор школы Патимат Магомедова.

Мужчина рассказал, что за разъяснениями он уже обратился к руководителю учебного заведения. "Магомедова заявила мне, что я через обращения в СМИ с утверждением о запрете на ношение ученицами исламского платка в руководимой ею школе оклеветал ее, поэтому моя дочь не может учиться в этой школе", - рассказал Абусуфьянов.

Отец учащейся пытался объяснить директору школу, что ее действия являются незаконными, но Магомедова заявила, что в учебном заведении она единоличный хозяин. "Жалуйся куда хочешь! Снимет твоя дочь платок, будет учиться в моей школе, нет – езжай хоть в свой Цунтинский район" - вот слова директора школы", - отметил Абусуфьянов.

Он также рассказал, что ему на руки Магомедова выдала справки, что Патимат Абусуфьянова являлась ученицей шестого класса. Руководитель учебного заведения также заявила Абусуфьянову, что личное дело дочери она пошлет в адрес той школы, где начнет обучаться Патимат Абусуфьянова.

Абусуфьянов рассказал, что из школы выгнали только его дочь, другие школьницы, которые носят хиджаб, по-прежнему ходят в учебное заведение. В конце беседы Абусуфьянов заявил, что его дочь продолжит обучение в родной школе. "Если понадобится, я обращусь и в суд", - отметил Абусуфьянов.

Получить комментарий Магомедовой не представлялось возможным, потому что никто телефонную трубку в школе не поднимал.

Сам конфликт начался 16 октября, когда Абусуфьянов заявил корреспонденту "Кавказского узла", что его дочь не пустили в школу из-за того, что она, в соответствии с исламскими установками, носила платок. Подобные же жалобы поступили и от других жителей поселка.

Так, Пайзулла Мирзамагомедов сообщил, что директор школы Патимат Магомедова требует, чтобы разрешение на ношение исламского платка дала первый заместитель Кировского района Махачкалы Габибат Гасанова. "Директор неоднократно в присутствие  учеников спрашивала у наших детей: "Может быть, вы носите такие платки из-за вшивости головы?", - рассказал Мирзамагомедов.

Магомедова тогда на просьбу корреспондента "Кавказского узла" прокомментировать ситуацию заявила, что у школы есть устав, где написано, что можно, а что нельзя носить девушкам. "Хиджаб – это не мусульманская и не дагестанская одежда. Что, наши бабушки так ходили? Я не дам в школе рекламировать ваххабитскую одежду. Пусть в Иране, Саудовской Аравии ходят с закрытыми мордами. Я разговаривала с имамом нашей мечети Магомедом. Он сказал, что духовные лица не должны лезть в школьные дела", - заявила директор школы.

Попытки корреспондента "Кавказского узла" дозвониться до Гасановой ни к чему не привели. В администрации города порекомендовали связаться с начальником управления образования Кировского района Махачкалы с Людмилой Дубыниной. Она заявила, что ношение хиджабов запрещено в соответствие с федеральным законом  об образовании.

"У нас образование носит светский характер, также в школах не допускается создание и работа политических партий, общественно-политических и религиозных движений и организаций", - сообщила чиновница. Лишь с помощью наводящих вопросов удалось уточнить, что Дубынина считает ношение хиджаба внешним проявлением принадлежности к партиям, движениям и организациям.

Первый заместитель министра образования и науки Дагестана Нателла Мусалаева заявила, что в законе не обговорено, в чем должны дети ходить в школу, но лично она является противником одевания ученицами хиджаба.

"У нас религия отделена от государства, мы же не диктуем, что и как носить в мечети. Недавно ко мне тоже заходил брат одной из учениц, которая носит хиджаб. Он настаивал, чтобы ее сестру оставили в покое. Я у него спрашиваю: "Что будет делать ваша сестра на уроке физкультуры, где нужно носить спортивную форму. Он в ответ: "Она вообще не будет посещать эти уроки". Так ведь можно и без аттестата остаться. Мы рекомендуем учителям проводить разъяснительные беседы с родителями, ученицами. Такую же работу мы проводим и в нашем министерстве", - отметила Мусалаева.

Пресс-секретарь Духовного управления мусульман Магомедрасул Омаров заявил, что муфтий еще в декабре 2008 года обратился в адрес министерства с просьбой разъяснить ситуацию вокруг хиджаба. "Министр образования и науки Дагестана дал малопонятный ответ: дескать, исходя из устава, педагоги имеют право требовать от учащихся соблюдения единой формы одежды, где нет места хиджабу", - сообщил Омаров. Он также заявил, что порядок введения школьной формы никакими нормативными документами вообще не регламентирован.

Юрист Газимагомед Хириев считает, что дагестанские чиновники, руководители школ, педагоги самовольничают. "Ни в одном законе, тем более в законе России об образовании, нет упоминаний об обязательности ношения той или иной одежды", - сообщил он.

Саму проблему с хиджабом юрист рассматривает с нескольких позиций. "Запрет на ношение исламского платка в республике, где подавляющее большинство состоит из мусульман, может быть воспринято как унижение религиозного достоинства. А это может еще больше дестабилизировать обстановку и в без того беспокойной республике", - говорит юрист.

"Слишком ретивым чиновникам я бы напомнил решение Верховного суда России от 15 мая 2003 года, которая дала "добро" мусульманкам фотографироваться на паспорт в хиджабе, хотя в служебной инструкции МВД России "О порядке выдачи, замены, учета паспорта гражданина" было четко написано, что граждане обязаны фотографироваться без головного убора. Судьи осознали, что инструкция ограничивает одно из основных прав, гарантированных Конституцией России, - право на свободу вероисповедания", - заявил Хириев.

Напомним, что ранее жители поселения Шамхал-станция Кировского района Махачкалы с бородами жаловались на давление со стороны милиции. Они неоднократно задерживались за отращенную бороду, а в их домах и машинах производился обыск, в ходе которого милиционеры изымали диски с исламскими проповедями и книги, заявляя, что они содержат элементы экстремизма.

Между тем, имам центральной мечети столицы Дагестана Идрис Исрапилов отмечал, что ношение бороды - прямая обязанность мусульманина, а преследование людей с бородой будет еще больше дестабилизировать обстановку в республике. 

Это не единственный инцидент с жалобой мусульман на действия силовиков. 3 апреля жители города Буйнакска, исповедующие салафизм (ортодоксальное течение ислама), сообщили о том, что им помешали провести пятничный коллективный намаз. По их словам, мечеть, в которой они планировали это сделать, закрыли, а территорию оцепили сотрудники местной милиции.

В декабре 2008 года жительница Махачкалы Ирина Александровская на конференции правозащитников в Москве, посвященной 60-летию Всеобщей декларации прав человека, рассказала о том, что правоохранительные органы Дагестана оказывали постоянное давление на семью, принявшую ислам. Когда силовикам не удалось найти запрещенную литературу, они во время обыска якобы подбросили гранату.

6 марта было совершено вооруженное нападение на один из магазинов сотовой связи, продавцы которого также распространяли религиозную литературу. По словам хозяина магазина Амина Абдулкадырова, налетчики нанесли магазину ущерб на сумму более 50 тысяч рублей. Также хозяин заявил, что продавец узнал в одном из преступников мюрида Саида Чиркейского, сторонника Духовного управления мусульман Дагестана.

В апреле прошлого года хозяин магазина "Сунна", где реализуется исламская литература и атрибутика, жаловался на незаконные обыски и изъятия товаров со стороны сотрудников правоохранительных органов. Летом 2007 года милиционеры пытались закрыть его магазин, ничем не мотивируя собственное поведение, но угрозы так и остались угрозами.

Отметим, что в 2002 году ДУМ издало "Заключение экспертной комиссии Духовного управления мусульман Дагестана" с перечнем "запрещенных для печати, реализации и пользования мусульманами изданий", куда попали труды 16 известных российских и зарубежных богословов. В качестве законодательной базы приводился республиканский закон от 22 сентября 1999 года за № 5 "О запрете ваххабитской и иной экстремистcкой деятельности на территории Дагестана". В 2006 году "черный список" пополнился еще 157 именами и трудами, хотя книги этих авторов свободно продавались и продаются по всей России.

Кроме того, как не раз заявлял ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу), чаще всего объектами незаконных задержаний с целью получения информации о членах вооруженного подполья и фабрикаций уголовных дел в Дагестане становятся молодые люди, считающиеся приверженцами ислама фундаменталистского толка.

Сотрудница ПЦ ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) Екатерина Сокирянская, побывавшая в прошлом году в республике, привела слова министра МВД Дагестана, который, по ее словам, в одном из своих интервью признал, что на особом учете у правоохранительных органов сегодня находится 1370 человек, исповедующих салафизм.