Дмитрий Медоев: "Вопросы безопасности в Южной Осетии выходят на первый план"

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Собственный корреспондент "Кавказского узла" в Южной Осетии взяла интервью у Дмитрия Медоева, политолога, сотрудника Института истории и археологии РСО-Алании, бывшего министра иностранных дел Южной Осетии.

- Дмитрий Николаевич, как Вы прокомментируете новый этап американо-грузинского сотрудничества?

- Обращает на себя внимание совпадение таких фактов, как смена власти в Грузии и начало новых темпов милитаризации. Подготовка четырех батальонов, укрепление пограничных сил, военно-морского флота, внутренних войск. Это все вызывает озабоченность и в Абхазии, и в Южной Осетии, и в Аджарии. Со своей стороны это настораживает и Россию, несмотря на то, что грузинские политики делают заявления о стремлении поддерживать самые добрые отношения с ней. Но милитаризация еще нигде ни к чему хорошему не приводила. Есть опыт Японии, Германии, Италии. Большие страны могут себе это позволить. Но Грузия - страна, которая еще не состоялась, а на постсоветском пространстве это пока единственная несостоявшаяся страна. Уровень экономики равен нулю, никакого ВВП на горизонте не наблюдается, и тут огромные деньги отдаются на вооружение, на технику, на оснащение и т.д. Это может привести новое руководство Грузии к такому же коллапсу, к какому пришло старое руководство через определенное время. Никакая экономика не выдержит таких финансовых вливаний туда, куда не надо. Новое руководство рассчитывает на западную финансовую помощь, этим же занималось прежнее руководство. Причем занималось так, что у западных инвесторов возник закономерный вопрос: где деньги? Грузия превратилась в черную дыру, и вряд ли ее можно закрыть, потому что придется бороться с очень серьезной коррупционной машиной.

- Какую позицию в такой ситуации должна занять Южная Осетия?

- Во-первых, Южной Осетии надо продолжать переговорный процесс в том формате, в котором он проходил. Этот процесс был заморожен, происходили какие-то перестановки. Но он необходим для обеих сторон. Процесс этот долгий, он не может решиться так, как об этом заявляют руководители Грузии, для них проблемы Южной Осетии не существует. Прежнее руководство также игнорировало проблему Южной Осетии. А выделять значение одного конфликта и умалять другой - это несерьезный подход. По некоторым аспектам юго-осетинская проблема даже гораздо серьезней, чем абхазская. Есть некоторые вопросы в Южной Осетии, более трудно решаемые для Тбилиси, чем абхазские. Их не видело прежнее руководство и не видит нынешнее, как это очевидно из их высказываний. Действиями милитаристского направления грузинское руководство вынуждает Южную Осетию с большей серьезностью задумываться о вопросах собственной безопасности, принимать меры к отражению возможных силовых решений со стороны Грузии.

- Какие это меры в первую очередь?

- Конечно, это и апелляция к России, к народам Северного Кавказа, укрепление собственной армии и наращивание вооружений. Южная Осетия должна заявить о том, что мы готовы продолжать переговоры, двигаться к урегулированию мирными шагами. Но если грузинская сторона будет продолжать свои действия и высказывания в таком же духе, то, соответственно, югоосетинская сторона будет лишь стремиться укрепить свою безопасность.

- Можно ли спрогнозировать развитие событий в политическом аспекте? В частности, очень активные действия предпринимает для укрепления своего положения Аслан Абашидзе. Не считаете ли Вы, что сейчас достаточно удобный момент для того, чтобы активней добиваться принятия Южной Осетии в состав России?

- Усилия Аслана Абашидзе объясняются теми же соображениями безопасности для населения Аджарии. Снятие визового режима для Аджарии является показателем того, что Россия не заинтересована в нестабильности в непосредственной близости от своих границ, где бы это ни было. Россия со своей стороны будет делать все возможное, чтобы возможная нестабильность в Грузии не перекидывалась на ее южные регионы. Если сам Тбилиси не сможет обеспечить безопасность внутри своей страны, например, в Аджарии, то Россия все равно постарается своими силами добиваться стабильности в Грузии, потому что это в ее интересах. Несколько раз руководство Южной Осетии обращалось к руководству РФ с просьбой о принятии в состав России. Последний раз такое обращение было на имя президента России. Естественно, в России эти вопросы не остаются без внимания. На заседании Госдумы в декабре был поставлен вопрос о принятии Южной Осетии в состав России. Вопрос потом сняли. Но это неважно, вопрос был поставлен. Факт то, что Госдума такие действия предпринимает. Новая Дума в этом плане может продвинуться дальше, чем старый депутатский корпус, в котором не было одной ведущей партии, которая могла провести любой вопрос. А в этой Думе любой вопрос может быть проведен без проблем. Партия "Единая Россия" - пропрезидентская, проправительственная партия, и, если где-то в верхах будет принято решение о принятии в состав России Южной Осетии, Абхазии или Аджарии, Дума за это проголосует. Такое решение возможно.

- Но при определенных обстоятельствах, возможно, экстремальных?

- При определенных обстоятельствах, которые должны произойти в Грузии, или в Южной Осетии, или в Абхазии. Это на уровне возможности. Но голосование в Думе тоже не является окончательной инстанцией, за ним должно быть утверждение в Совете Федерации, одобрение в Конституционном суде и, наконец, резолюция президента. Кстати, закон о вступлении в состав Федерации новых членов уже принят Госдумой - закон, позволяющий Федерации расширяться. То есть, это очень важное направление деятельности для Южной Осетии.