"Замороженные" пограничные конфликты России снова оживают

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Смерть троих грузинских солдат в результате вчерашних стычек в мятежной грузинской провинции Южная Осетия высветила то, каким образом долгое время дремавшие конфликты на границах бывшего Советского Союза вновь просыпаются.

Существует риск, что на замену непростому мирному периоду придет одна из первых после краха коммунизма значимых перекроек карты региона.

В условиях, когда боевые столкновения усилились, а дипломатическая деятельность активизировалась, Россия вчера призвала к прекращению огня в Южной Осетии, а Грузия направила туда своего главного переговорщика.

Одной из причин усиления напряженности стала агрессивная позиция Михаила Саакашвили, моложавого и популистского прозападного лидера, который в прошлом году был избран президентом Грузии. С тех пор как он пришел к власти, он стремится найти выход из тупика, наращивая усилия по возвращению этой провинции под грузинский контроль.

Однако отношение к проблеме президента России Владимира Путина в условиях тлеющего вооруженного конфликта в соседней Республике Чечня и расширения на восток Европейского союза (ЕС) придало ей международное значение.

Южная Осетия не одинока. Эта провинция, наряду с Абхазией, представляет собой один из двух так называемых "замороженных" конфликтов в Грузии. Есть еще два таких конфликта в других точках: армянский анклав Нагорный Карабах в Азербайджане и Приднестровье в Молдавии. Все они были порождены военными действиями в период краха СССР, после которых наступил нелегкий мир с государствами, которые являются их "хозяевами".

В целом в зонах этих конфликтов проживает более 1 млн. обедневших людей под властью режимов, которые являются экономически и дипломатически изолированными, обвиняются в коррупции и автократии. И вот теперь угрозы безопасности, которые они представляют, снова делают эти конфликты актуальными.

"Жители этих территорий ощущают себя позабытыми европейцами, вроде бы находящимися в Европе и в то же время к ней не принадлежащими", - говорит генеральный секретарь межправительственной правозащитной организации Совет Европы Вальтер Швиммер (Walter Schwimmer).

Общим деноминатором всех этих конфликтов является Советский Союз. Когда он распался, образовался ряд "серых зон", вступивших в конфликт с недавно ставшими независимыми государствами, с которыми они были исторически связаны.

На этих территориях остаются сотни тысяч единиц стрелкового оружия, что вызывает озабоченность по поводу милитаризации регионов и опасности того, что это оружие попадет в руки преступных группировок и террористов.

Современная Россия продолжает играть определенную роль в сохранении этих конфликтов. Они затрагивают ее интересы в "ближнем зарубежье", приграничной зоне традиционного советского влияния, которая при Путине вновь стала одним из приоритетов российской внешней политики после того, как ЕС и НАТО (Организация Североатлантического договора) расширились на территории, которые Москва контролировала на протяжении второй половины прошлого столетия.

Россия предложила жителям Южной Осетии и Абхазии упрошенный режим транзита и российские паспорта, осуществляет контроль за коммерческими сделками и сохраняет свое влияние посредством миротворческих сил в Грузии и Приднестровье, которые не находятся под юрисдикцией ОБСЕ (Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе). "По сути, Россия позволяет этим отколовшимся территориям существовать, пассивно поддерживая их", - говорит Дов Линч (Dov Lynch) из находящегося в Париже Института исследования проблем безопасности ЕС.

Однако он подчеркивает, что у "замороженных" конфликтов есть собственная внутренняя инерция, обусловленная стремлением местных правящих режимов сохранить свою власть и малым числом демократических институтов.

Мировое сообщество тоже помогает сохранить статус-кво, традиционно посредством политического игнорирования и предоставления гуманитарной помощи, которая поддерживает существование населения и снижает вероятность социального взрыва в форме народного восстания.

Однако появляются признаки того, что эта проблема начинает восприниматься с большей серьезностью. В последние несколько месяцев ЕС стал действовать более активно, наложив запрет на поездки в страны ЕС для руководителей Приднестровья в попытке принудить их к переговорам о политическом урегулировании с Молдавией, которая может оказаться соседом ЕС, если в 2007 году в этот альянс вступит Румыния.

Россия тоже стала более решительной: в конце прошлого года она вывела из Молдавии войска и вывезла военное имущество, а также попыталась заключить с ней соглашение по Приднестровью.

"Дезинтеграция - наихудший из возможных сценариев, - говорит Константин Косачев, глава думского Комитета по международным делам. - Если Грузия выйдет из-под контроля, следующей будет дестабилизирована Россия".

В отсутствие дополнительного перераспределения властных полномочий и процветания в странах "метрополии", от которых они отделились, напряженность в Южной Осетии и в ее двойниках может "разморозиться" куда менее элегантным способом.

Эндрю Джек

Опубликовано 13 августа 2004 года

Перевод веб-сайт ИноСМИ.Ru