Разграбление прибрежной линии Каспийского моря

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Апшеронское побережье Каспийского моря в Азербайджане, некогда известное своими удивительно красивыми берегами и дачами, сегодня больше походит на разбомбленный участок.
 
Крупномасштабное жилищное строительство в Баку привело к резкому возрастанию спроса на песок, используемого в строительстве, и "золотой" песок Апшерона, столь удобно расположенного вблизи Баку, стал источником быстрой и легкой наживы.
 
Кроме вреда, нанесенного самому побережью, вывоз песка становится еще и причиной эрозии 15-километровой плодородной прибрежной полосы деревень Нардаран, Маштага и Курдханы, которые славятся своими сортами винограда и инжира.
 
В Нардаране корреспондент IWPR случайно встретил сразу целую группу - 12 человек, которые копали яму за одним из дачных коттеджей. Яма была огромной - где-то 250 метров в длину и 70 в ширину. На дне, примерно на глубине десяти метров, уже выступала вода.
 
Рабочие загружали выкопанный песок в грузовик. И чтобы машина могла проехать, многолетнее фиговое дерево со спелыми плодами было выдрано с корнем. В яме остались лишь корни дерева, свисавшие как сети паука.
 
Как сказали рабочие, за труд им платили по 10-20 долларов в день.
 
Владелец земли, где проводились раскопки, бородатый мужчина лет сорока в поношенной одежде, сказал IWPR, что вынужден продавать песок с собственного сада, чтобы прокормить семью. "Здесь нет другой работы", - добавил он.
 
Другой местный житель, которому было под 50, и к кому все обращались как к Машади, поскольку он совершил паломничество в шиитскую святыню Машад в Иране, сорвал несколько ягод со срубленного дерева. Инжир был очень вкусен.
 
"Ну, как?" - спросил Машади. И сам же ответил на собственный вопрос: "Они сладки как мед...".
 
Но Машади оправдывал своих соседей, уничтожающих такие ценные сады. "А что мы можем сделать? У нас нет выбора. Правда, инжир на рынке стоит 2 500 манатов [приблизительно 50 центов] за килограмм, но его сезон длится только  месяц, а спрос на песок -  круглый год".
 
Рабочие продолжали копать, выкорчевывая оставшиеся деревья. Но тут кто-то подошедший сверху приказал им прекратить работу, и они тут же разбежались в разные стороны - песок вынимался без официального разрешения.
 
Наверху стояли двое полицейских офицеров. Они ругались, угрожающе размахивая руками, и требовали, чтобы рабочие вышли к ним.
 
"Это абсолютно бесстыжие люди. Сколько их не прогоняем, никакого толку. Эти люди даже по ночам не спят", - сказал сержант Али Азимов.
 
Азимов сказал, что только вокруг Нардарана более 70 незаконных песчаных карьеров. Владельцев неоднократно задерживали, но они просто платят штрафы и снова принимаются за дело.
 
"Мы делаем все от нас зависящее, засыпаем ямы с помощью тракторов, но местные жители выкапывают их снова и вывозят песок, - сказал он. - У нас мало возможностей бороться с этим. Все, что мы можем сделать - оштрафовать, но этого не достаточно".
 
Сержант Азимов показал представителю IWPR несколько незаконных участков песочных   карьеров, чтобы продемонстрировать, насколько серьезный вред наносит природе и окружающей среде этот незаконный грабеж. Незаконную добычу песка мы обнаружили в восьми из них.
 
Азимов разогнал рабочих, но никто не был арестован. На вопрос, почему никого не задержали, сержант ответил, что полиция заняла позицию невмешательства, чтобы избежать повторения насилия, имевшего место в Нардаране в 2002 году, когда один человек был убит и 37 других жителей села получили ранения во время разгона акции протеста.
 
Когда случился тот инцидент, азербайджанское правительство заявило, что беспорядки спровоцировали исламские экстремисты. Но многие утверждают, что хотя  8 тысяч жителей Нардарана считаются самыми преданными мусульманами, протесты начались из-за экономических проблем.
 
В частности, жители были обеспокоены тем, что им начали задавать слишком много вопросов относительно способов их заработка на жизнь в условиях высокой безработицы - например, о незаконной рыбной ловле, краже электричества из единой энергосистемы для местных теплиц и т.д.
 
"Мы имеем дело с теми же проблемами и сегодня, просто их вид немного другой, - сказал сержант Азимов. - Мы не можем сильно давить на них, снова начнутся демонстрации и беспорядки".
 
Таир Поладов, представитель неправительственной организации "Объединение возрождения Баку", занимающийся исследованием экологических проблем, обвинил полицию в неспособности принять решительные меры, чтобы остановить вывоз апшеронского песка.
 
"Мы обращались с письмами в полицию и во все другие государственные учреждения. Они просто закрывают глаза на эту проблему", - сказал он.
 
Как говорит Поладов, один 50-килограммовый мешок песка стоит 4 000 манатов (приблизительно 80 центов). Подсчитано, что каждый день с прибрежной линии Апшеронского полуострова вывозятся 150-200 нагруженных песком грузовиков. Это означает, что прибыль от бизнеса - приблизительно три четверти миллиона долларов в месяц.
 
Поладов полагает, что, если добыча песка продолжится такими темпами, Апшеронский полуостров станет через несколько лет "мертвой зоной".
 
И уже сейчас там, где некогда шумели красивые сады, теперь трясины, заросшие тростником. Ямы, которые остаются на берегу, выкопаны ниже уровня моря, поэтому они быстро заполняются водой и превращаются в болото.
 
Президент центра экологических прогнозов Тельман Зейналов читает, что вывоз песка с Каспийского побережья может привести и к гораздо более масштабным последствиям - к полному затоплению этих прибрежных областей.
 
Во время одной из поездок по этому району президент Азербайджана Илхам Алиев поручил мэру Баку Хаджибале Абуталибову принять меры по поводу проблемы незаконного вывоза песка.
 
Но многие местные жители относятся к проблеме вывоза песка равнодушно. " Кто-то продает нашу нефть и живет как король, а мы продаем песок, доставшийся нам от предков, чтобы заработать на хлеб", - говорит 52-летний Алибала Агабабаоглу житель села Маштаги
 
При всем этом удивительно то, что некоторые эксперты ставят под сомнение годность апшеронского песка для строительства, и соответственно, под вопросом оказывается прочность зданий, в возведении которых он был использован.
 
"В состав песка с берегов Каспия входит соль, а иногда в него попадает также и земля с дачных участков", - говорит Шакир Агаев, 47-летний эксперт по строительному делу. "Баку - сейсмически активная зона, и строительство с использованием такого песка нецелесообразно. гораздо правильнее использовать речной песок, который состоит исключительно из обломков камней  и считается самым качественным строительным материалом".
 
Мурсал Гулиев, 39-летний беженец из Агдамского района, расположенного недалеко от спорной территории Нагорного Карабаха, строит себе дом в Сулу-Тепе Бинагадинского района Баку. Он не имеет ни времени, ни денег, поэтому и не принимает во внимание совет эксперта.

Отломав кусок застывшей штукатурки, он сказал: "Что землетрясение может сделать этому песку, он крепкий как камень. К тому же одна машина речного песка стоит вдвое больше, чем Нардаранский песок. Речной песок - он для миллионеров"
 
Министерство экологии и природных ресурсов отказалось публично прокомментировать ситуацию. Однако сотрудник министерства, пожелавший остаться анонимным, сказал IWPR, что министерство просто неспособно контролировать или остановить незаконную торговлю песком.
 
Идрак Аббазов

Опубликовано 3 сентября 2005 года