" За эти пять лет я увидел, как торгуют кровью..."

"Северный Кавказ глазами блоггеров" – совместный проект Русской службы Би-би-си и интернет-СМИ "Кавказский узел".

Самсон Давидович Воинов вспоминает погибших детей в Беслане и пишет о том, что изменилось с момента трагедии в школе.

Самсон Давидович Воинов (псевдоним). Родился в 1969 году в городе Беслан. Обучался в школе №1, после службы в армии окончил  политехнический институт. Работал управляющим строительной базы, в данный момент занимается правозащитной деятельностью.

Сегодня Беслан готовится к пятой годовщине трагедии. Готовится по-разному: пострадавшие приводят в порядок кладбище, которое итак вычищается ими до блеска чуть ли не каждый день.

Как готовили матери своих детей пять лет назад в школу на праздник первого звонка, так и продолжают пятый год готовить то, что от них осталось к 1 сентября. Сдувают пылинки, причёсывают газоны, гладят и целуют любимые лица - на мраморе.

Ну и власти тоже традиционно готовятся к траурным мероприятиям, к торжественным мероприятиям памяти... Для них, как и пять лет назад, главное, чтобы в эти дни ничто не нарушило торжественности момента. Никакие выступления пострадавших желающих привлечь внимание к вопросу расследования и социальным проблемам пострадавших не должны звучать. Только свечи, шары, тихие слёзы под траурную музыку и всё! ТИШИНА! Мы скорбим по жертвам международного терроризма! Не мешайте нам! Какое расследование, какие проблемы?! Все должны молчать!

Они хотят, чтобы мы молчали...

Пять лет после событий Беслана пролетели быстро, возможно, потому что они были самыми насыщенными событиями моей жизни, и до этого, вообще-то, не очень спокойной и размеренной. За эти пять лет через меня прошло столько горя и боли человеческой, сколько за предыдущие 35 мне и не снились.

Похороны детей моих друзей, родных, соседей. Заурик, чьему рождению мы радовались с его отцом в нашу бытность в Ноябрьске, который был копией своего отца не только внешне, но по характеру и повадкам поведения. Мы любили его за это и завидовали его отцу, потому что он был первый мальчик, который родился среди наших друзей.

Эмка, которую близкие родственники называли с детства Ибрашка (за схожесть с мальчиком, когда её постригли в первый год рождения налысо), выросшая в любознательную и энергичную красавицу на радость моим родственникам по отцовской матери.

Ашаник, с хрипотцой в голосе, росший без отца, погибшего во время охраны административной границы между Осетией и Ингушетией, и по этой причине и в силу своего детского подвижного характера  не слушавший ни маму, ни старшего брата. Гроза дворовых мальчишек, с уважением относившийся ко мне.

Сосик, Дзера, Кристина и другие мальчишки и девочки, с которыми мы устанавливали новые баскетбольные щиты на нашей старой баскетбольной площадке.

Отчаяние родителей, их постоянный вопрос "за что?", "почему?"… Слёзы, разделившие любимый мой городок на погибших и выживших.

Предательство властей всех уровней, унижение пострадавших Путиным, не соизволившим приехать к ним разделить их горе, а вызвавший их к себе в дни поминания трагедии. Страх в глазах выживших учителей, обвинённых властями в гибели их учеников. Родители раненых детей, мечущиеся в поисках средств и возможностей для их лечения.

Ложь, постоянная ложь о событиях в школе и вокруг этих событий.

За эти пять лет я увидел, как торгуют кровью. Как она превращается в квартиры, должности, награды.